Четвертый кассационный суд общей юрисдикции поставил под сомнение ранее вынесенные судебные акты, касающиеся договоров дарения земельных участков и здания, расположенных в Кабардинке, неподалеку от Геленджика. Суд вернул дело на новое рассмотрение в первую инстанцию, о чем сообщает Сакский районный суд.
Коллегия по гражданским делам отметила, что после расторжения брака стороны перестают действовать как супруги в соответствии с Семейным кодексом Российской Федерации. Вместо этого они становятся участниками совместной собственности, и их отношения теперь регулируются Гражданским кодексом РФ. Согласно гражданскому законодательству, для распоряжения общим имуществом требуется согласие всех участников. Сделка может быть признана недействительной из-за отсутствия этого согласия только в том случае, если будет доказано, что сторона, получившая имущество, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.
В то время как брак еще не расторгнут, действуют другие правила. Пункт 3 статьи 35 Семейного кодекса РФ требует, чтобы на распоряжение имуществом, обладающим правами, подлежащими государственной регистрации, в частности недвижимостью, супруг получил нотариально удостоверенное согласие другого супруга. В противном случае второй супруг имеет право оспорить сделку в течение года с момента, когда узнал или должен был узнать о ней.
Согласно информации суда, жительница Краснодарского края приобрела земельные участки и здание в период брака, а после развода решила подарить это имущество своей дочери от указанного брака. Бывший супруг обратился в суд с требованием признать договоры недействительными, ссылаясь на то, что не давал согласия на дарение.
Геленджикский городской суд удовлетворил иск бывшего мужа, исходя из того, что недвижимость была нажита супругами совместно и сделки были совершены без нотариально удостоверенного согласия второго супруга. Это и стало основанием для признания договоров недействительными. Апелляционные инстанции оставили решение суда первой инстанции в силе.
Тем не менее, в кассационной жалобе бывшая жена утверждала, что суды неверно применили нормы семейного законодательства к их отношениям. Коллегия, рассматривающая кассационную жалобу, согласилась с этим доводом и отметила, что суды не выяснили, была ли дочь осведомлена о возражениях своего отца, а также не оценили, действовала ли она добросовестно при получении имущества.